Реализованных инвестиционных проектов удалось насчитать 7, однако практически ни одного из упомянутых в их числе не оказалось. Кроме того, как удалось выяснить «IP», большая часть подписываемых соглашений – это различные договора с уже действующими местными бизнесменами. Каким образом оказалось, что намерения «родного» действующего бизнеса о расширении производства попадают в программу сочинских инвестиционных проектов, а не в программу, например, содействия бизнесу, остается загадкой. Но, судя по отчетам форума, если у осетинского бизнесмена возникнет желание открыть бизнес в родном городе, или увеличить мощности уже действующего производства, ему следует отправиться в Сочи и подписать инвестиционное соглашение о намерениях с родным правительством. 
Печальную судьбу нереализованных соглашений принято объяснять финансовыми трудностями инвесторов, вызванных мировым экономическим кризисом. Кризисом можно объяснить вообще очень многое. Поэтому непосредственно перед кризисом очень удобно подписывать любые рамочные соглашения, будь то строительство кирпичного, цементного или автомобильного заводов. Также можно подписаться «якорным инвестором» масштабного «Мамисона». 
Горно-рекреационного комплекс «Мамисон» задуман в одноименном ущелье, расположенном в горной части Алагирского района. На строительство инфраструктуры (дороги, водо- и электроснабжение, газификация) планируется потратить около 3 млрд бюджетных рублей в рамках федеральной целевой программы «Юг России». Сам же комплекс, то есть гостиницы, лыжные трассы, рестораны, сфера услуг, - ожидает инвестора. В пакете документов, которые обычно запрашивает потенциальный инвестор, должны присутствовать утвержденные схемы территориального планирования, в которых предусмотрено, где и какие объекты на территории республики будут строиться. В противном случае, инвестор понимает, что ему предлагается высокорискованный проект со стандартным алгоритмом: заявляется чиновник и сообщает, что данное место по генеральному плану отведено под иные цели, но за некоторую сумму денег можно все решить. В данном случае, в инвестиционном пакете «Мамисона» требуются схемы территориального планирования республики, а также Алагирского района. 
Незадача состоит в том, что схема республики хотя и разработана (разработчик Южно-российский градостроительный центр, г. Ростов-на-Дону), но еще не прошла стадию различных согласований. Разработка же схемы Алагирского района возможно будет завершена в концу года, затем ей тоже предстоит пройти череду согласований. Кстати, к разработке схемы Пригородного района, об инвестициях в который шла речь на экономическом форуме в 2009 году, даже не приступали.
В идеале в пакете желателен также проект договора о выделении земельного участка и ряд других документов, которые остается только подписать инвестору. Ничего подобного «Мамисону» и не снилось.
Ремарка.
Российское рейтинговое агентство «Эксперт РА» ежегодно публикует рейтинги инвестиционного климата российских регионов. Инвестиционный рейтинг Северной Осетии практически неизменен в течение последнего десятилетия — 3С1, что означает пониженный потенциал и высокий риск. В системе оценки инвестиционных рисков РСО-А лидируют два параметра: управленческий и криминальный. 
Как признали корреспонденту «IP» некоторые правительственные чиновники, Северная Осетия из двух вариантов решения проблемы инвестиционной привлекательности выбрала наиболее легкий: путь искусственного создания благоприятного инвестиционного имиджа региона. Более сложный, но в итоге более эффективный путь заключается в снижении рисков: политических, законодательных, финансовых, криминальных, управленческих. Между тем, создание туманной имиджевой завесы, едва ли вводит в заблуждение реальных инвесторов: бизнес измеряет финансовые риски по другим критериям. Следовательно, туманные облака имиджевой завесы рассчитаны для иной публики.

Дробильно-сортировочный комплекс на алагирском месторождении песчано-гравийных смесей. 
Инвестор: компания «БазэлЦемент».

Сообщения о том, что московская компания «БазэлЦемент» приобрела 50% акций местной «АСТ», владеющей лицензией на разработку алагирского месторождения появились в начале июня 2008 года. В тот же период стало известно, что БазэлЦемент запустил в работу мобильный дробильно-сортировочный комплекс мощностью 1 млн 350 тыс. т щебня в год. О намерениях БазэлЦемента до этого дня в прессе не прозвучало ни слова, однако местные власти уверенно заявили об успешно реализованном соглашении, подписанном год назад на форуме «Сочи-2007». Между тем, дробильно-сортировочный комплекс возник в рамках совершенно иных договоренностей, и каких-либо подтверждений сочинским соглашениям, кроме устных заявлений чиновников, не имеется. Более того, было бы странно, если бы правительство вывезло на продажу в Сочи акции коммерческой компании, однако именно в этом пытаются уверить чиновники.
Каскад малых ГЭС на реках Ирафского района. 
Инвестор: Группа компаний «Меркурий».
Соглашение подписано в 2007 году. В июле 2009 года «Меркурий» сдал в эксплуатацию первую станцию (мощность 6,4 МВт, вложения 200 млн рублей). Дальнейшие работы приостановлены. Строители ожидают практического вступления в силу поправки к закону «Об энергетике», без которой вновь вводимые в эксплуатацию ГЭС нерентабельны. На начальном этапе строительства к инвестору возникли претензии со стороны Национального парка «Алания»: утверждалось, что дорожные полки для водовода проходят по части территории парка. Прокуратура Ирафского района возбудила уголовное дело. Между тем, Национальный парк не владел точной информацией о своих границах, поскольку межевания земель не проводилось. Как утверждают представители «Меркурия», дело удалось замять только после вмешательства первых лиц республики.

Сеть супермаркетов «Забава».
Инвестор: Группа компаний «Держава».
Два действующих супермаркета «Забава» возникли во Владикавказе без видимых скандалов. Удивительной оказалась лишь дата подписания сочинского соглашения о намерениях. А именно: инвестиционный форум «Сочи-2008», на котором было подписано соглашение о создании сети супермаркетов «Забава» с группой компаний «Держава», проходил с 18 по 21 сентября. В то время как первый супермаркет «Забава» на улице Кесаева во Владикавказе был торжественно открыт 12 сентября. Следует также отметить, что называть магазин на арендованных площадях «инвестицией в основной капитал» можно только с большой натяжкой.

Соглашения о проектах, подписанные в Сочи с североосетинскими компаниями:

Строительство агропромышленного комплекса по производству молока и его переработки.
Агрофирма «Мастер Прайм Березка».

Предприятие по призводству мебели.
ЗАО «Рокос».

Завод по глубокой переработке древесины.
ООО «Ир-лес».

Развитие пивоваренного производства.
ООО «Агрофирма «ФАТ».

Мнение.
Алан Чочиев, политолог:

У России нет других мирных средств удерживать Кавказ, кроме денег. Все остальные связаны с войной. Но на Северном Кавказе не существует проектов, в которые федеральный центр мог бы вкладывать деньги, Нет проектов, которые завра начнут возвращать деньги в бюджет, поэтому нет смысла в дотациях, тем более что денег у Москвы сейчас нет. Единственный субъект, чье финансирование центр не может сократить – это Чечня, иначе там будет война. Поэтому Чечню Москва будет продолжать дотировать, но на остальных денег уже не хватает. Единственный действенный проект, который способен возвращать деньги в бюджет – это Право и Закон. Бизнес должен быть защищенным правом и законом. В кавказских республиках с этим большие проблемы, особенно в Южной Осетии. На Северном Кавказе правит государственный рэкет. За отказ платить на Кавказе убивают как бизнесменов, так и министров - это тоже сигнал бизнесу: платите, иначе всех «порешаем». Я считаю, как только российские деньги начнут уходить из Северного Кавказа, Северный Кавказ начнет уходить из России, особенно исламский Кавказ.

Руслан Магкаев, правозащитник:
Инвестиции в Северную Осетию как не шли, так и не будут идти. Потому что инвестиции идут туда, где благоприятный инвестиционный климат. А благоприятный климат там, где работают законы. В Осетии они не работают. Обычно в качестве успешного примера инвестиций мои оппоненты приводят водочные заводы и завод «Электроцинк», но при этом забывают о специфике этих предприятий. А специфика такова: водочное производство примерно на 80-90% теневое, они уходят от налогов, а начальство их хорошо «покрывало» в свое время и вероятно продолжает покрывать. Если кто-то хочет работать в Осетии вне закона, то есть в тени, тогда, конечно, здесь самые благоприятные условия для бизнеса. «Электроцинк» же здесь сидит потому, что проблемы соблюдения экологических и санитарных норм никого не волнуют. По официальным данным около 5 тысяч человек живет в черте санитарной зоны вокруг завода, их немедленно надо переселять. Но «Электроцинк» спокойно работает, наплевав на всякие экологические и санитарные нормы. Больше никаких серьезных инвестиций сюда не идет. И не придет, пока власти серьезно не поработают в области законодательства, прав бизнеса, «укорочения» рук коррумпированных чиновников. А бороться с ними власти не могут, потому что это сами они и есть.