«Разборки» по-соседски

Почти пять лет идет судебно-следственная тяжба между соседями. И неизвестно, когда она закончится. По документам, оказавшимся в распоряжении редакции, представители следственных органов Северной Осетии за все это время не смогли прийти к общему знаменателю. 

Суть дела 

Как пишет Ольга Цалле-Дзахова, 21 февраля 2009 года примерно в 13–14 часов дня ее муж Руслан Дзахов занимался колкой льда во дворе собственного дома. «Зашел ночующий по соседству с нашим домом Альберт Сатцаев и в грубой форме потребовал прекратить колоть лед, так как стук лопаты слышен в комнату, где он спит. Дзахов спокойно пояснил, что другого времени у него нет, поэтому свою работу он должен довести до конца. Если Сатцаеву это не нравится, пусть обращается в милицию. На что Сатцаев заявил, что он сам сотрудник милиции, и повторил свое требование. Когда Дзахов сказал, что продолжит работу, Сатцаев… сначала ударил его по затылку, а потом, выхватив лопату, сбил с ног несколькими ударами по левому коленному суставу и раздробил его. Руслану Дзахову было проведено несколько операций, долго лежал в больнице, потом длительное время передвигался на костылях, проходил амбулаторное лечение…» 

 

В результате, как свидетельствует Ольга Дзахова, ее муж стал инвалидом, имеющим на иждивении жену и двух детей.

«Изначально о случившемся было заявлено в милицию, – пишет Дзахова. –  Дежурный пытался вызвать следователя прокуратуры, т. к. заявление поступило против сотрудника милиции. Однако дежурный следователь прокуратуры отказался выехать на место происшествия. Прибывшая группа из милиции, не осмотрев место происшествия, ограничилась объяснениями участников конфликта. Только через день при понятых изъяли вещественное доказательство – лопату. От Дзахова было получено объяснение, которое не соответствовало действительности: факт конфликта вместо двора, территория которого не просматривается с улицы, перенесен на улицу. Тут же появились необходимые свидетели, которые пояснили, что инициатором скандала является Дзахов, что он первым ударил лопатой по плечу Сатцаева, затем они упали вместе, и что именно при падении Дзахов получил телесные повреждения...»

Дзаховы подали заявление о возбуждении уголовного дела в отношении Альберта Сатцаева…

 

Следственный марафон

 

Далее, как пишет Ольга Дзахова, 5 марта 2008 года дознаватель ОВД по Затеречному МО г. Владикавказа выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, обосновывая его показаниями подставных свидетелей. В описательной части постановления он ссылается на акт судебно-медицинского освидетельствования № 485, в котором делается вывод о том, что Дзахов мог получить повреждение… «в результате падения с высоты собственного роста» (!).

28.02.08 г., т. е. спустя семь дней после происшествия, Сатцаев тоже проходит медицинское освидетельствование, согласно которому у него обнаруживается кровоподтек на правом плече.

По поводу отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела Дзаховы обращаются в вышестоящие инстанции МВД по РСО-Алания. Однако, «как видно из формальных ответов, нарушений законодательства со стороны сотрудников ОВД Затеречного МО г. Владикавказа не установлено».

С 06.06.2008 года дело из структуры МВД передано следственным органам прокуратуры. И пошла следственная круговерть, которая длится уже более четырех с половиной лет. Не считая следственных действий ОВД Затеречного МО, «марафон» структур следственного комитета РФ по Северо-Западному МО и г. Владикавказу до февраля 2012 года прошел по этому делу около 20 кругов. То есть 20 раз одни следователи с завидным упорством принимают постановления «об отказе в возбуждении уголовного дела», другие, в том числе и прокуроры разных инстанций, столько же раз отменяют те самые постановления «об отказе…», требуя дополнительной проверки по делу. По словам Дзаховой, последний «отказ» датирован 24 апреля 2012 года. С тех пор нет никаких «движений» по делу.

Заявления Дзахова и его адвоката с просьбой отмены постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Сатцаева рассматривались также на различных судебных инстанциях, начиная от Советского районного суда г. Владикавказа и вплоть до Верховного суда Российской Федерации. Однако суды оставляли заявления без удовлетворения по существу. И тогда 26 октября 2010 года Руслан Дзахов отправляет жалобу в Европейский суд по правам человека. Через месяц Дзаховы получили из Страсбурга уведомление о принятии их жалобы к рассмотрению.

На действия местных следственных органов Дзаховы обращались с жалобами к прокурору республики, Генеральному прокурору и руководству Следственного комитета России, к Уполномоченному по правам человека при Президенте России, к самому Президенту и т. д. Но такой абсурдной системы работы с жалобами граждан, как в России, нет, наверное, ни в одной стране мира. На кого жалуешься в более высокие инстанции, к тем и возвращаются жалобы «для принятия мер». И высокие инстанции переправляли жалобы Дзаховых обратно в соответствующие республиканские структуры. Но кто же будет хлестать плетью самого себя? И республиканские структуры «отрабатывали» указания сверху: разобраться, ответить автору жалобы…

 

Удар лопатой или падение
с высоты собственного роста?

 

Первое судебно-медицинское освидетельствование Дзахову проведено с 27.02 по 05.03.2008 года сотрудницей Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения республики (БСМЭ МЗ РСО-А) Ж. Тхапсаевой (акт № 485). В заключении сказано, что у Дзахова обнаружено повреждение «в виде многооскольчатого внутрисуставного перелома костей левого коленного сустава, которое могло образоваться от действия тупого твердого предмета, возможно, лопатой. Не исключается возможность получения данного повреждения и в результате падения с высоты собственного роста и удара о тупой твердый предмет. Повреждение квалифицируется как причинение вреда здоровью средней степени тяжести».

Согласно акту аналогичного обследования № 491 от 28.02.2008, которое проведено той же Ж. Тхапсаевой, у А. Сатцаева имеется повреждение «в виде кровоподтека правого плеча, которое могло образоваться от действия тупого твердого предмета, не причинившее вред здоровью».

После очередных возвращений дела на доследование следователи еще несколько раз организовывали повторные судебно-медицинские исследования, в том числе и комиссионные в БСМЭ МЗ РСО-А и БСМЭ Ростовской области, в работе которых участвовали высококвалифицированные медики-эксперты. Заключения во всех актах исследований практически аналогичны. Только в последнем акте (№ 2819 от 24.05.2011) комиссии, возглавляемой заведующим Ростовским отделением судебно-медицинской экспертизы экспертом высшей категории В. Л. Усачевым, дается более развернутое, но не совсем определенное заключение:

– повреждения Дзахову «причинены в результате однократного ударного воздействия твердого тупого предмета… с точкой приложения силы в области передней внутренней поверхности левой голени… с последующим «доломом», дополнительным переломом (после причинения перелома наиболее вероятно, что Дзахов находился в вертикальном положении);

– охарактеризовать предмет, причинивший телесные повреждения, по имеющимся медицинским документам и материалам проверки не представляется возможным».

Комиссия не исключает, что повреждения Дзахову могли быть причинены и «в результате падения из положения стоя на плоскую поверхность при условии нахождения на ней выступающих предметов».

В отличие от заключений предыдущих экспертов ростовские специалисты квалифицируют степень полученных Дзаховым повреждений как тяжкий вред здоровью.

Но не дан ответ на главный вопрос: мог ли Дзахов получить такую травму в результате удара лопатой?

 

А что говорят свидетели?

 

На наш взгляд, одной из причин того, что следствие запуталось и не может прийти к однозначным выводам, является то, что показания участников конфликта и свидетелей во многом противоречивы.

Сам пострадавший Дзахов первоначально говорил, что конфликт произошел на улице. Что после словесной перепалки Сатцаев бросил его на землю, «после чего нанес ему удар по ноге то ли ногой, то ли лопатой – не помнит, так как был в шоковом состоянии». При повторном опросе Дзахова место конфликта переносится в его двор. И уже утверждается, что били его лопатой. Что во двор зашел Сатцаев и в процессе ссоры нанес ему (Дзахову) удар рукой по правой стороне затылка, в результате чего он упал и потерял сознание. «В этот момент Сатцаев выхватил лопату и нанес ею три удара по его левому коленному суставу. Точно сказать, как наносил удары, Дзахов не может, так как был без сознания…»

Здесь бы у следователя могло возникнуть несколько вопросов, в том числе: а как Дзахов запомнил три удара, если после падения был без сознания? Но вопросов не возникло.

То, что конфликт между соседями произошел не во дворе Дзаховых, а на улице, подтверждает и сын самого потерпевшего Г. Дзахов: «Стоял возле окна. Вышел Сатцаев и стал о чем-то разговаривать с отцом. Потом он ударил отца сзади по затылку. От удара отец развернулся, а Сатцаев, выхватив лопату, ударил его лопатой по левому коленному суставу. Отец упал. Сатцаев ушел домой с лопатой. Он (Г. Дзахов) испугался, вышли с братом помочь отцу. На улице никого не было».

«На улице никого не было»… Но для подтверждения своей версии Альберт Сатцаев нашел достаточно свидетелей, которые якобы находились на улице или наблюдали за происходящим из окон.

А версия Сатцаева такова. Дзахов колол лед на улице возле своих ворот. Так как ворота приварены металлическими штырями к стене дома Сатцаева, в его комнату проникал сильный шум. Подойдя к Дзахову, он попросил прекратить работу, так как мешает ему спать после ночного дежурства. Произошла словесная перебранка, начатая с нецензурных выражений Дзахова. Дзахов ударил его лопатой по правому плечу. Когда тот замахнулся второй раз, Сатцаев перехватил у него лопату, и они стали бороться, держась за черенок инструмента. Дзахов поскользнулся и, падая, сбил его с ног.

При повторном опросе Сатцаев уточнил, что перехватил лопату, так как по высокому замаху Дзахова решил, что он хочет ударить его по голове. И что Сатцаев упал на Дзахова сверху.

По показаниям А. Богатурова – соседа, во время конфликта находившегося на улице: «…Дзахов стал нецензурно выражаться в адрес Сатцаева, после этого ударил его лопатой по телу. Точнее сказать – по какой части тела, не может, так как сугробы загораживали ему обзор. Затем снова пытался нанести Альберту удар, но тот перехватил лопату, и они стали перетягивать ее в разные стороны. Поскользнувшись, оба упали…»

При повторном опросе Богатуров почему-то забыл, что «сугробы загораживали ему обзор». Теперь он показал более конкретно, что Дзахов «ударил Сатцаева лопатой по правому плечу». И подтвердил слова Сатцаева о том, что «во время борьбы Дзахов поскользнулся, и, падая, подбил ноги Сатцаеву. Оба упали, при этом Дзахов оказался снизу, а Сатцаев сверху... Он не нанес ни одного удара Дзахову, только защищался».

Появляется версия, что никакого удара ни рукой, ни лопатой Сатцаев не наносил соседу. А повреждение Дзахов получил при падении от тяжести собственного тела и упавшего на него сверху соседа. Эту версию получения травмы Дзаховым подтверждают и другие свидетели, привлеченные стороной Сатцаева. Причем почему-то при повторном опросе (В. Хубаев, А. Габуев, А. Калинин, А. Хурашвили и др.).

В акте комиссии БСМЭ МЗ РСО-А № 98 от 25.07.2008 г. под председательством кандидата медицинских наук, заслуженного врача республики Л. Сабановой дается заключение, что Сатцаев получил повреждение правого плеча «в виде овально-вытянутого кровоподтека, который мог образоваться от действия тупого твердого предмета, возможно, черенка лопаты». То есть имеет место не совсем убедительное косвенное подтверждение показаний свидетелей относительно того, что, «возможно», Дзахов ударил Сатцаева по плечу черенком лопаты.

 

И что же дальше?

 

Дзаховы считают, что Следственное управление РСО-Алания пытается увести Сатцаева от ответственности. И обосновывают свои доводы:

«1. Не дана первичная оценка тому, что А. А. Сатцаев без разрешения вошел во двор к Дзахову (хотя, судя по показаниям всех свидетелей, в том числе и Г. Дзахова – сына самого пострадавшего, конфликт произошел на улице. – М. К.).

2. Передача данного материала от одного следователя к другому происходила бесконтрольно, без составления описи, значит, есть возможность манипулировать этими документами на свое усмотрение.

3. Вещественное доказательство – лопата, чем была нанесена травма, изъятая при понятых, утеряна (как следует из дела – между двумя дознавателями ОВД по Затеречному МО А. Байматовым и А. Моураовым. – М. К.)».

И, пожалуй, самым весомым аргументом обоснования своих претензий к следствию Дзаховы считают:

«4. Своевременный осмотр места происшествия не был проведен. Значит, следователям предоставлена возможность переносить данное происшествие со двора дома Р. Т. Дзахова на улицу и, найдя подставных очевидцев, которых Дзахов даже в глаза не видел, создавать выгодные им сомнения».

Дзаховы обвиняют следствие также в том, что «не приняты во внимание результаты судебно-медицинского освидетельствования ростовских экспертов». Хотя можно сказать, что данная экспертиза не выявила никакой ясности в деле.

Тем не менее, остается фактом, что в результате конфликта человек получил увечье, стал инвалидом. Но за это никто не понес ответственности. Ни уголовной, ни материальной. Каждая из конфликтующих сторон считает себя правой. Но так не бывает, чтобы по одному и тому же конфликтному делу были две разные правды.

Теперь у Дзаховых одна надежда на справедливое решение – Европейский суд по правам человека в Страсбурге.

И все же очень неприятно, когда соседи не могут найти общего языка и живут бок о бок в вечной вражде…

 

Мурат КАБОЕВ