Что имеем – не храним...

История – не пыль под ногами

Прогулка по старому Владикавказу в канун Дня города ни настроения, ни оптимизма, признаюсь, не прибавила. Центр нашей столицы, которым мы так привыкли гордиться, меняется прямо на глазах. Кто-то, быть может, спросит, а что, собственно, в том плохого? Плохо то, что меняется, увы, не в лучшую сторону. 

На улице Церетели, например, бросается в глаза ужасающее состояние, в котором находится здание бывшего архиерейского дворца (а ведь какая прекрасная архитектура, как могло бы засиять это здание после реставрации). Ныне же оно принадлежит военному госпиталю, а значит, Министерству обороны РФ. Собственность этого закрытого ведомства в нашем городе давно уже стала притчей во языцех. И это хорошо еще, что владикавказцы не видят, что стало с бывшим атаманским дворцом, который находится здесь же на огороженной территории госпиталя.

А вот школа № 19 на той же улице Церетели, в которой вот уже пятый год (с 2006-го!) ведется нескончаемый ремонт, никакого отношения к данному министерству не имеет. Но охраняемый объект – памятник федерального значения – превратился в нечто разрушающееся и разваливающееся на глазах. Хорошо еще хоть кровля не течет (крышу школа залатала своими силами), и в учебном заведении, несмотря ни на что, продолжается учебный процесс.

Между тем за каждым из этих строений клубится свой дымок истории. От атаманского дворца, в то время, когда наш любимый город являлся еще центром обширной Терской области, начинались парады войск местного гарнизона. В самом же дворце проживал начальник области, являвшийся одновременно и наказным атаманом Терского казачьего войска. В этом же здании останавливались приезжающие во Владикавказ Государи Императоры и другие высокие гости. В другом дворце – архиерейском – жил епископ Владикавказской епархии.

А грузинская школа в нашем городе была открыта 10 октября 1888 года (таким образом, она является одной из старейших во Владикавказе, старше только гимназия № 5) при непосредственном участии друга и соратника Коста Хетагурова Михаила Кипиани, который был известен в области как председатель учрежденного в 1882 году общества по распространению образования и
технических сведений среди горцев Терской области, призванного содействовать школьному образованию и распространению полезных ремесленных знаний, а также оказывать существенную помощь учащимся средних и высших учебных заведений. Сколько школ в отдельных горных аулах было открыто благодаря усилиям общества, возглавляемого Михаилом Кипиани! Это он первым поднял вопрос о выпуске учебников и книг на горских языках. И как результат – изданная в 1890 году на средства общества «Осетинская азбука», составленная Алмахситом Кануковым.

Михаил Кипиани и стал первым директором, а также председателем попечительского совета открывшегося во Владикавказе грузинского училища. В училище он часто встречался со своим другом Коста Хетагуровым, который посвятил памяти Кипиани два стихотворения – «У гроба» и «На смерть М. З. Кипиани». Проникновенные строки об утраченном друге трогают до глубины души и сегодня, по прошествии стольких лет. А символом дружбы двух великих представителей кавказских народов была украшавшая школу № 19 мемориальная доска с портретами К. Хетагурова и М. Кипиани, выполненная с любовью заслуженным художником РФ Михаилом Дзбоевым. Теперь она  терпеливо ждет своего нового водружения на здание грузинской школы – после ремонта, который когда-нибудь, наверное, все же завершится.

Я потому так подробно останавливаюсь на истории, что не раз убеждалась в том, что многие владикавказцы, в том числе и чиновники от мэрии, даже не подозревают, каким богатством на самом деле мы обладаем.

А вот теперь скажите, много ли на карте городов, которые могут похвалиться тем, что являются родиной «почти гениального режиссера», оставившего грядущему «систему потрясения»? Догадались? Речь, конечно же, идет о нашем выдающемся земляке, уроженце Владикавказа Евгении Вахтангове, чье творчество высоко ценили такие художники мирового театра, как Гордон Крэг, Андре Антуан, Бертольд Брехт, кого старейшая актриса МХАТа А. О. Степанова назвала «великим гражданином страны». И кого, увы, судя по всему, совсем не ценят местные городские власти. Иначе вряд ли бы они дали разрешение прорубить и установить суперсовременные двери в доме по ул. Чермена Баева, где родился и рос будущий великий режиссер. Двери эти до неузнаваемости изменили облик дома Вахтангова, и ведут они всех желающих не в чертоги Мельпомены, а в кафе (слава Богу, что оно называется «Турандот», а не как-то иначе), в клуб «Дельфин», на фоне гигантской вывески которого как-то уж больно сиротливо смотрится мемориальная доска с именем Евгения Вахтангова, и в новый магазин, который еще даже не открыт, и дверь в него вот только-только появилась на месте бывшего окна… И не беда, что в цивилизованном мире подобные дома берегут как зеницу ока, в них открывают музеи, куда с гордостью приводят гостей.

Но нам Европа – не указ. Мы сами с усами. А потому продолжаем прорубать и устанавливать на месте окон на нижних этажах исторических зданий суперсовременные двери. И так повсеместно в старом городе. Посмотрите хотя бы на здание бывшего английского консульства по улице Ленина, которое, приобретя современную дверь, утратило и свое былое очарование, и свой первозданный вид. То же самое можно сказать о бывшем особняке Гаппо Баева и тоже по улице Ленина. В нем сейчас открыто кафе «История», устроители которого, судя по всему, тоже действовали по уже заведенной схеме: взамен окна установили навороченную дверь, не задумываясь при этом о какой бы то ни было стилизации под старину.

Коли уж речь зашла об известных личностях, не могу не вспомнить и о самом таинственном и загадочном советском писателе, драматурге и театральном режиссере Михаиле Булгакове, чей 120-летний юбилей отпраздновали в этом году. По случаю юбилея на доме по ул. Маяковского (во времена Булгакова она называлась Слепцовская), где в начале двадцатых жил писатель, была открыта мемориальная доска – в память о том тяжелом, но славном времени, когда во Владикавказе бывший военврач Михаил Булгаков навсегда покончил с лечебной практикой и ушел в литературу. Пять пьес было написано им для владикавказского городского театра, и четыре из них на нашей сцене шли, причем шли, по выражению самого Булгакова, «с треском успеха». Поэтому появление мемориальной доски на доме по ул. Маяковского вполне закономерно и логично. Вот только сам дом, изуродованный граффити, никак не вяжется со званием дома, в котором жил и творил великий писатель.

Что бы там ни говорили, но есть здания, за которыми клубится такой дымок истории, что негоже экспериментировать (если не сказать издеваться) над их внешним видом или открывать там игровые клубы, рестораны и кафе. Вот какой, скажите, пожалуйста, может быть ресторан на месте музея г. Владикавказа, в здании, где еще до революции располагалась редакция газеты «Терек», в которой работал пламенный революционер С. М. Киров? Однако именно там, то ли вместо музея, то ли рядом с музеем (буквально впритык), говорят, строят не что-нибудь, а ресторан.

А вообще пройдитесь по старому Владикавказу. Удостоверьтесь, каким он стал неприглядным, непрезентабельным, не радующим глаз. Местами все просто рушится, валится – ну прямо как после бомбежки. А кое-где красочные вывески или рекламные щиты перебивают, а то и закрывают изначальную красоту архитектурных изюминок исторического города. Да и сами изюминки в результате нашего варварского к ним отношения лишаются то лепного декора, то наверший, то решеток, то дымников… Так, по крупицам, помаленьку мы утрачиваем то, чем на самом деле должны гордиться. Как будто напрочь позабыв о том, что история – это все же не пыль под ногами.

 

Ольга РЕЗНИК