Феликс Еналдиев: «Я не входил в схему определенных лиц»

О федеральном органе исполнительной власти – казначействе, осуществляющем правоприменительные функции по обеспечению исполнения федерального бюджета, кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы РФ, предварительному и текущему контролю за ведением операций со средствами федерального бюджета главными распорядителями, распорядителями и получателями средств федерального бюджета, я, признаюсь, собиралась написать еще в декабре минувшего года. Тогда Федеральное казначейство как раз отмечало свой 20-летний юбилей. Но что-то в конце минувшего года, припоминаю, не срослось, не получилось. А может быть, это и к лучшему. К лучшему, считаю, потому, что сравнительно недавно мне посчастливилось познакомиться и пообщаться с интересным человеком, который как раз и стоял у истоков Северо-Осетинского отделения Федерального казначейства.

Человек этот – Феликс Еналдиев. С 1994 по 2006 год он возглавлял Управление Федерального казначейства Министерства финансов РФ по РСО-Алания. Ко времени образования казначейства Феликс Сергеевич хотя и был уже опытным финансистом (выпускник Орджоникидзевского финансового техникума и Ростовского института народного хозяйства, он в разные годы занимал должности старшего экономиста бюджетного отдела и отдела финансирования народного хозяйства Министерства финансов СОАССР, заместителя заведующего финансовым отделом Северо-Осетинского облсовпрофа, главного бухгалтера Северо-Осетинского фонда социального страхования России), заниматься ему, тем не менее, пришлось делом совершенно новым – созданием Федерального казначейства по Республике Северная Осетия-Алания. Новая структура. Новые функции и обязанности. А главное – колоссальная ответственность. Ведь всё, абсолютно всё, без преувеличения сказать, доводилось создавать с нуля. Всё – это материально-техническая база как аппарата, так и восьми районных отделений, здания, которые строились, укомплектовывались и оснащались современнейшей техникой и оборудованием, создавались условия труда для сотрудников. Будучи подлинным профессионалом своего дела и обладая великолепным чутьем и организаторскими способностями, Феликс Еналдиев сам лично координировал работу по открытию лицевых счетов по расходам, исполнению доходной части федерального бюджета, открытию лицевых счетов распорядителям бюджетных средств, внедрению и освоению программных продуктов по всем направлениям деятельности казначейства. Тогда все начиналось с чистого листа.

– Феликс Сергеевич, расскажите, пожалуйста, с чего все начиналось? Как вы считаете, создание казначейства было велением времени?

– Начиналось все с Указа Президента Российской Федерации от 8 декабря 1992 года и постановления Правительства России от 27 августа 1993 года. В стране решался вопрос о создании Федерального казначейства в составе Министерства финансов Российской Федерации. Можно сказать, что с этого момента началось возрождение казначейства в России. Далее происходило становление и развитие казначейской системы как важнейшего инструмента повышения эффективности управления и контроля за государственными финансовыми ресурсами.

Было ли это велением времени? Думаю, что да. Все случившееся обусловлено теми процессами, которые происходили в стране. И в первую очередь речь, конечно же, идет о переходе на рыночную экономику. Если раньше исполнение бюджета было возложено на Министерство финансов, то в начале 90-х функции Министерства финансов изменились. Непосредственно учет и исполнение в советское время возлагались на Госбанк СССР, который осуществлял общегосударственный контроль за выполнением предприятиями и организациями установленных для них планов производства и реализации продукции и за соблюдением финансовой дисциплины.

Когда же заработал рыночный механизм, как грибы после дождя стали появляться коммерческие банки. И у Госбанка изменились функции. Получилось так, что коммерческие банки выполняли свои функции отдельно, Госбанк – отдельно. А бюджет между тем становился бесконтрольным, разрывался единый механизм, который начинался с Министерства финансов, а через систему Госбанка проходил фактически учет бюджета. В связи с переходом на рыночную экономику Правительство Российской Федерации потеряло контроль над бюджетом, в то время бюджетный процесс был уже нарушен, финансирование бюджета осуществлялось фактически только по каким-то макроэкономическим планам и на короткий период. Как финансировались регионы России? Финансировались народное образование, медицина, содержание государственного аппарата, МВД, других ведомств. Но деньги уже так четко, как раньше, не доходили, они оседали в коммерческих банках.

– Вы хотите сказать, что они там крутились?

– Можно сказать и так, ведь коммерческие банки есть коммерческие банки. У них интересы были свои, коммерческие, рыночные. Они должны были заработать деньги. В то время, если вы помните, у нас все время происходили задержки выплаты заработной платы. Были случаи, когда деньги перечислялись бюджетополучателю (я буду говорить пока о федеральном уровне), но до него не доходили. Некоторые, неправильно поняв принцип самостоятельности, пооткрывали тогда свои счета в коммерческих банках. Перечисления шли через Госбанк в коммерческие банки, а те сначала решали свои вопросы и только потом осуществляли финансирование. Честно говоря, если у кого-то была возможность заработать, ее не упускали. А четкий бюджетный процесс, к большому сожалению, был нарушен. Тогда и возникла необходимость создать новую структуру, которая осуществляла бы контроль.

 – А вся эта система прививалась здесь у нас, в Северной Осетии?

 – У нас здесь, как и на других территориях, также возникали проблемы с финансированием – в первую очередь федеральных структур, были определенные проблемы и у местного бюджета. Но так как с территориями уже не было обратной связи, как мы уже говорили, Госбанк не осуществлял возложенные на него функции, возникла необходимость развертывать на местах систему органов государственного казначейства.

Я пришел в эту систему в 1994 году. Пришел на пустое место – еще ничего не было. Мне было предложено создать эту структуру в условиях отсутствия материальной базы, кадров. Все с чистого листа. Совершенно новое дело. Да никто, по сути, и не знал, как эту работу надо осуществлять. Мы действовали как первопроходцы, делали свои наработки, которые в процессе работы усовершенствовали.

– То есть практически начинали с нуля?

– 14 апреля приказом министра финансов меня назначили руководителем Федерального казначейства по Республике Северная Осетия-Алания. Кроме приказа на руках у меня ничего больше не было. А ведь нужно было сделать очень многое, в первую голову создавать материальную базу. К сожалению, не было и никаких нормативных документов. Мы не знали, каким требованиям, к примеру, должны отвечать помещения, в которых будут располагаться управления с районными подразделениями. Поэтому пришлось пользоваться накопленным опытом, наработками финансовой системы – налоговой, банковской. В результате получился этакий симбиоз. С него и начали, так как, несмотря на все имевшиеся трудности, необходимо было исполнять Указ президента. И коли уж я, зрелый к тому времени специалист, был назначен руководителем новой структуры, нужно было браться за работу засучив рукава, используя все ранее накопленные знания и опыт.

В то время для меня было самым главным – создать материальную базу. Весьма проблематично было найти помещение, так как все подходящие здания были уже заняты коммерческими структурами. К тому же необходимые нам здания должны были соответствовать определенным требованиям… Большую помощь при решении этого вопроса нам оказал Михаил Михайлович Шаталов – тогдашний мэр Владикавказа. Я, помню, подошел к нему и попросил закрепить за нами подошедшее нам полуразрушенное здание по улице Коцоева. Мы обещали его реконструировать, привести в порядок территорию. Шаталов быстро, без проволочек решил этот вопрос. И в январе 1995 года мы приступили к ремонту данного здания.

Начали также формировать и материальную базу районных отделений. В районах помещения приходилось закупать у организаций, у частников. Мы их переделывали, подгоняли под наши требования.

– Вы начинали вообще один?

– Да. Один. Никого поначалу рядом со мной не было. Потом главным бухгалтером пришла к нам ветеран финансовой службы, десятки лет проработавшая заведующей финансовым отделом Промышленного района Тамара Александровна Березова. Вместе с ней мы начали составлять структуры нашего управления, штатное расписание. Эти документы нужно было везти в Москву на утверждение. Кстати, та структура и то штатное расписание, которые мы тогда составили, просуществовали более 15 лет. Они были так составлены, что в Москве к нам не было вообще никаких претензий. Хотя в других регионах, знаю, было немало исправлений и изменений. Свою положительную роль сыграло и то обстоятельство, что я долгое время работал в финансовой системе, знал бюджет, знал сметы, структуры организаций. И Тамара Александровна Березова имела немалый опыт за плечами – была заведующей районным финансовым отделом. У нее в подчинении находились бюджетные организации, которые она проверяла, контролировала. Поэтому, видимо, у нас с первого раза все утвердили.

Опытные финансисты к нам тогда не шли, многие думали, что эта структура не просуществует долго.

Но сами мы видели перспективы, неограниченные возможности в осуществлении учета и контроля за бюджетными средствами. Потенциал, по нашему мнению, у системы казначейства был большой. Поэтому стали растить кадры, брали на службу выпускников вузов и сами их подготавливали и учили. В процессе работы молодежь набиралась опыта.

– Как изменилась ситуация в республике с открытием здесь отделения Федерального казначейства?

– Те средства, которые выделялись республике, передавались теперь через систему Федерального казначейства. Они стали поступать значительно быстрее. И кредиты, и субсидии на закупку сельхозпродукции. Много было всевозможных программ, которые и нас тоже касались. На нашу службу были возложены функции отслеживания и контроля за выделенными средствами. До организации казначейства их никто не контролировал. Поэтому деньги уходили через какие-то подставные фирмы. С первых дней мы вплотную занялись проверкой, готовили исковые требования, судились в арбитражных судах, что-то выигрывали, а что-то было уже невозможно с кого-то взыскать.

– И что особенно приятно вспомнить, бюджетники начали без задержек получать зарплату.

– Да, это так. Теперь к нам начали поступать средства. Казначейство было создано для федерального бюджета. И те федеральные структуры, которые располагались здесь, – наши вузы, научно-исследовательские институты, средние учебные заведения федерального подчинения – стали вовремя получать средства на заработную плату, задолженности по зарплате начали погашаться. Потому что прохождение денежных средств от Министерства финансов до республики осуществлялось теперь в короткие сроки – три-четыре дня, тогда как раньше на это уходили месяцы. Впоследствии мы перешли на электронный документооборот с Министерством финансов РФ.

У Министерства финансов появилась возможность прогнозировать доходы, расходы и своевременно осуществлять финансирование.

Не могу не сказать и о некой уникальности нашего управления, раньше других переведшего на единый счет те доходы, которые собирались на территории. В основном вся масса доходов собиралась в городе. И мы, используя счет управления, открыли при управлении отделение по городу Владикавказу. Это давало нам возможность сокращать путь прохождения денежных средств. Мы вплотную подошли к единому казначейскому счету по доходам. Данная концепция только по истечении времени была разработана нашим главным управлением. Согласно ей, все счета были закрыты, на каждой территории появился единый счет. Все средства со всех районов поступали на единый счет Управления Федерального казначейства, которое распределяло эти средства по всем уровням. Это давало колоссальную экономию времени, позволяло осуществлять жесткий контроль за распределением и своевременностью обеспечения финансированием из тех средств, которые собирались. Когда встал вопрос о переводе доходов на единый счет, мы не столкнулись с теми проблемами, которые были у наших коллег из других регионов, так как у нас все эти наработки уже были, хотя мы их и не афишировали. Иногда я из-за этого даже получал предупреждения, так как к концу года опережал зачисление других. Практика показала, что мы были на правильном пути. 

– Какие-то еще были сложности? И какие еще функции доводилось исполнять?

– Наше управление еще осуществляло финансирование таких важных объектов, как Полномочное представительство Президента РФ в Республике Северная Осетия и в Республике Ингушетия. Все восстановительные работы, все компенсационные выплаты, все выплаты по созданию рабочих мест, то есть выплаты всех средств по ликвидации последствий конфликта осуществлялись через наше казначейство.

Помните, был период, когда в Чечню прилетел президент Путин. Он тогда увидел на месте, что преподаватели, медработники остаются без заработной платы. Нужно было срочно создавать там государственные структуры, нужно было, чтобы они оперативно заработали. И тогда было дано указание Министерства финансов – в кратчайшие сроки выплатить задолженность медикам, преподавателям, работникам местной администрации. Надо сказать, что средства из Москвы поступали, а вот механизма реализации не было. И хотя нас уверяли, что правила будут разработаны, нам, тем не менее, пришлось в экстренном порядке брать на себя всю ответственность по решению этого вопроса. И тогда, переговорив с руководителем нашего Моздокского отделения Тотооновым Константином Владимировичем, мы решили открыть лицевой счет Полномочного представительства в Моздокском отделении. Что и было сделано, причем очень быстро. Деньги, которые до тех пор находились в управлении, были нами спешно переведены. И Моздокское отделение приступило к финансированию Полномочного представительства. Не скрою, было тяжело, ведь это все были дополнительные нагрузки. Штат при этом не увеличивался. Но мы справились с поставленной задачей. Я очень благодарен тем работникам, которым приходилось задерживаться после работы, дабы не срывать мероприятия, проводимые в Чеченской Республике. Впоследствии во время проверок расходования средств в Чеченской Республике никогда никаких замечаний к нашему Моздокскому отделению не было. Наоборот, мы получали благодарности за то, что справились с поставленной задачей. Вот такие были сложности.

Приходилось и нашим информационникам, программистам перестраиваться, справляться со срочными заданиями. В короткий срок они ломали программные продукты, вносили в них изменения. Впоследствии нам передали еще и финансирование 58-й армии, армии крупной, участвовавшей в боевых действиях. Оперативно, при жестком контроле осуществлялось финансирование данной структуры. Мы понимали, что задачи выполнялись особенные, сложные. А срыв в финансировании мог привести к печальным последствиям. Здесь нам пришлось потрудиться совместно с финансовой службой армии, с ее подведомственными подразделениями.

И опять у нас возникла проблема. Армия обслуживалась через полевое учреждение банка, которое было открыто. Нам снова пришлось менять механизм своей работы, свои программные продукты. Но благодаря нашим специалистам мы быстро преодолевали все трудности, наладили работу. Каждый из наших сотрудников работал с полной отдачей. Никогда никого не нужно было просить. И ведь то все были молодые специалисты, пришедшие к нам со студенческой скамьи. У нас они начали делать первые шаги в профессии, выучились. Они стали первыми в Северной Осетии специалистами органов Федерального казначейства. Молодым, с одной стороны, легче было осваивать современную технику. С другой стороны, у них не было опыта. Он приобретался постепенно. А мы помогали им вникнуть, осознать всю серьезность той работы, которая выполнялась. Еще раз повторюсь, никого ни о чем просить было не надо. Весь коллектив, если это было нужно, задерживался по окончании рабочего дня. Все работали слаженно. Всем своим коллегам я очень благодарен, вместе мы прошли сложный и трудный путь.

– Руководителем управления федерального казначейства по РСО-Алания вы проработали по…?

– По 10 октября 2006 года.

– То есть 12 лет. А потом почему ушли?

– Был освобожден от занимаемой должности. Когда со мной беседовали, я тоже поинтересовался, в чем причина. Мне ответили, что я якобы попал в какую-то политическую интригу.

– То есть?

– Я тоже недоумевал, в чем дело. Я же не политик. Какая может быть политическая интрига? А, в общем-то, все понятно. К тому времени уже прошло становление системы, все было подконтрольно. Но я, видимо, не входил в схему определенных лиц. Поэтому был освобожден от занимаемой должности. Наверное, мешал кому-то и чему-то.

– Да уж… Феликс Сергеевич, у меня вопрос к вам как к опытному финансисту. Сейчас наша республика находится в преддефолтном состоянии. В связи с этим извечный российский вопрос: что, по-вашему, следует делать, чтобы ситуация изменилась к лучшему?

 – На мой взгляд, никто нам здесь, на месте, не поможет, кроме нас самих. Надо создавать новые производства. Те производства, которые у нас были, возможно, в полном объеме не восстановить. Но что-то можно сделать, можно какие-то участки запустить, какие-то модернизировать. Нужно что-то делать сейчас, пока из Москвы поступает финансирование. А ведь этот источник может иссякнуть. Поэтому данный период, пока поступают дотации, необходимо использовать, необходимо развивать экономику. Чтобы мы сами могли получать доходы. Получаем доходы – получаем рабочие места. Улучшаем нашу экономику. Уровень жизни тоже улучшится. Бюджет будет более стойкий, менее подверженный раскачиванию. Но если не сделать этого и в сельском хозяйстве, и в промышленности, если нам не взяться, не использовать этот благополучный период, не использовать выделяемые федеральные средства, может стать очень плохо.

 

Беседовала Ольга РЕЗНИК

 

P.S. Как нам стало известно, 25 января Феликс Сергеевич Еналдиев отпраздновал свой 62-й день рождения. От всей души поздравляем!