Защищать национальные интересы

На днях экс-президент РСО-Алания А. С. Дзасохов находился во Владикавказе по случаю презентации книги о Гиго Дзасохове. Наш корреспондент воспользовался возможностью встретиться с ним и задал несколько вопросов.

– Скажите, пожалуйста, Александр Сергеевич, что касается нынешней  внешнеполитической ситуации, исходит ли она из внутренних проблем или это всегда какие-то внешние факторы? Или они взаимно влияют друг на друга? Я имею в виду ситуацию на Ближнем Востоке, и возможны ли последствия этого на подступах к нашим южным границам?

– Сейчас действительно начался глобальный мировой политический цикл. После распада биполярного мира (с одной стороны, Запад во главе с США, с другой – Советский Союз с  государствами социалистического сообщества) несколько лет были попытки, напряженные, ответственные, для того, чтобы представить, каким будет мир. Но события показывают, что многое из того, что мы хотим видеть в прошлом,  остается. Например, говорят, холодной войны уже нет, но, можно сказать, что нет в том виде, как раньше, но противостояние на некоторых направлениях стало еще более жестким, чем было в годы холодной войны. Прежде всего это относится к государству, которое находится за пределами ведущих экономик и влиятельных политических, как теперь говорят, игроков на международной арене. Поэтому рано убирать под сукно необходимость того, чтобы сохранить миропорядок, защитить устав Организации Объединенных Наций, если надо ответственно внести новые принципиальные положения.

Как будто бы мир застыл, сотни государств, руководители стран; на глазах у мира происходят преступления, которые потом историки будут осмысливать, литераторы драматически описывать. Как можно объяснить, например, то, что произошло в Ливии? Как можно объяснить, например,  то, что произошло в Египте?  И примеры другие тоже есть. Вот, например, сейчас
используются разные, в том числе вероломные, способы со стороны некоторых арабских государств, чтобы расшатать Сирию, потому что Сирия – это образец сосуществования гармоничного, толерантного между разными цивилизациями, между разными религиями. Это страна всегда играла ключевую роль на Ближнем Востоке, страна, которая является в широком смысле средоточием того, что история нам оставила доброго, начиная от арамейского языка, имени Христа и гуманистического ислама.

 

– Кому это выгодно?

 

– Это давний вопрос. Но я хочу удивить и вас и читателей тем, что ответа на этот вопрос не существует. На самом деле нынешнее поколение государственных деятелей – некоторые из них сошли, например, как Саркози или Берлускони, с политической арены – они не соответствовали своему высокому политическому положению и положению главы государства.

Когда действующий президент  Франции проигрывает выборы, это в истории Франции второй случай. Это о многом говорит. То же самое Берлускони. Они были лучшими друзьями лидера Ливии, они имели отношения не только на уровне государств, но также малоизвестные, но достаточно плотные личные отношения. Вот почему я говорю, что это вероломство.

Сейчас наша внешняя политика находится на острие ответственного экзамена. Мы защищаем суверенитет Сирии, мы защищаем международное право. И мы свою политику, хотя это малоизвестный факт, но я об этом хочу сказать, формируем на том, что у нас с Сирией исторические отношения. Это мало знают, но я  хочу сказать. Например, по линии православия глубочайшие связи, по линии ислама.

И посмотрите, сто тысяч граждан современной Сирии получили образование в наших советских вузах и несколько десятков тысяч  сирийцев женаты на женщинах из России, это счастливые в основном семьи.

 

– Это связано в основном и с тем, что много выходцев с Кавказа проживают в Сирии?

 

– Да, но они не являются причиной того, что произошло, это, скорее всего, прорастание корней древней гуманистической цивилизации. В Сирии народ терпеливый, конечно,  там есть крайности в поведении «братьев мусульман». Нашей дипломатии сейчас приходится работать круглые сутки.

 

– Вы приветствуете переназначение Лаврова?

 

– Я не только приветствую, я был бы очень огорчен с высоты своей биографии политической и дипломатической, если бы этого не случилось, потому что как раз на фигуре министра иностранных дел Лаврова пестрая политическая картина России сходится, т. е. левые и правые все за него. Это выбор правильный, он выполняет свою миссию таким образом, что это консолидирует мнение политического класса РФ; по каким-то вопросам вражда идет, в том числе по внутренним. Теперь всегда внешняя политика связана с внутренней, но примитивно нельзя об этом говорить. Это не значит, что, если мы завтра скажем, что наша внешняя политика провалится, дома невозможно решать социально-экономические задачи. Наоборот, для дипломата огромные преимущества, начиная с министра и заканчивая послом. Если за его спиной сильная страна, если внутри страны будут решаться вопросы общественных отношений, и хлеба насущного, и политической системы, здесь есть еще над чем работать современной России, тогда и дипломатам будет легче. Дипломат не может по своему статусу протестовать после решений руководства государства. Он должен просто делать и проводить это вне партии, вне политики, он состоит в одной-единственной партии – отечественной дипломатии.

Я думаю, что он представляет как раз то поколение международников, которые получили профессиональное образование во флагманском вузе, в МГИМО. Когда СССР был в зените своей силы, когда противостояние двух систем достигло своего  апогея, когда было всеми сторонами признано, что дальше идти на конфронтацию нельзя, потому что будет апокалипсис. Когда российские дипломаты могли вести себя уверенно, потому что они знали, что представляют великую страну. Вот он – почти завершающее поколение этих людей.

Он прошел закалку в Организации Объединенных Наций. Я каждый год был там на Генассамблеях и я его видел в деле. Вообще, хороших дипломатов очень много, у нас очень сильная отечественная арабистика, специалисты по восточным странам. У нас преемственность как раз в этом смысле от исторической России, советского и нынешнего периода и т. д.  Для Кавказа, и для нашей республики в частности, знание того, что происходит в Сирии, Египте или Ираке, не праздные вопросы, потому что, чем закончится Афганистан, будет ли большая война против Ирана, это аукнется не в газетах, которые мы читаем, а просто в каждом доме. Когда мы напряженно работаем на внешнеполитическом направлении, то мы защищаем наши национальные интересы, мы хотим, чтобы на Большом Кавказе все-таки был новый раунд поиска согласия;  между самым большим кавказским государством – Россией и этими тремя  южнокавказскими государствами надо искать общую повестку дня, исходить из того, что если Кавказ будет защищать геополитические интересы, то это не значит, что мы никого не подпустим, пусть там слово имеет Турция или Иран, как сопредельник региональной державы. После того, когда  ядро Кавказа само через трудности, через противоречия будет искать ответы на эти вопросы.

 

– Многие аналитики и политологи прогнозируют кризис не только финансовый, но и политический уже осенью нынешнего года. Ваши прогнозы, и насколько это коснется нашей страны?

 

– Я согласен с заявлениями государственного руководства и, в частности, В. В. Путина, что у нас есть продуманные  модели, как среагировать с точки зрения прежде всего финансово-экономического кризиса, это действительно так. Созданы определенные резервы, но задача все-таки должна оставаться в плоскости того, чтобы не допустить этого. Когда различные рейтинговые европейские мировые компании понижают рейтинг доверия какой-то одной или другой страны, я все-таки думаю, что за этим таятся определенные интересы каких-то крупных финансовых кругов. Поэтому считать, что Греция провалит всю Европу – это маловероятно, есть разные решения, но это, может быть, используется как стимул для того,  чтобы вынудить Грецию согласиться с условиями, которые предложены, к сожалению, в силу сложившегося в нынешнее время положения. Сейчас мы вступили во Всемирную торговую организацию. Есть и плюсы, но есть и испытания, особенно для конкурентоспособности нашей сельхозпродукции, это имеет колоссальное значение. Новые государственные деятели, я не хочу говорить о возрасте, но они взяли на себя гигантскую ответственность. Здесь должно быть не только глубокое знание предмета, но также интуиция и Божий дар, потому что только на компьютерах рассчитать то, что произойдет, нельзя.

 Голова, сердце, чувства и эмоции остаются. Поэтому культурно-историческая, гуманитарная сфера имеет огромное значение, потому что, если мы полностью сформируем общество на принципах того, сколько я получаю и сколько я ем, не будет духовных сил преодолевать трудности. Поэтому впереди должна идти дипломатия,  а во внутренних вопросах – культура, духовность, мораль, совестливость и т. д.

 

– Это нам поможет выйти из этой ситуации?

 

  Это поможет решить наши вопросы,  поможет выйти нам  на ответственное отношение всех управленцев к своим обязанностям. Необходимо объявление войны коррупции и, конечно, сократить огромный разрыв между теми, у которых очень много, и между огромным числом – миллионами тех, у которых очень мало. Если эти шаги не будут сделаны, нельзя гарантировать, что все будет развиваться устойчиво и стабильно.

 

Вопросы задавал

Исмель ШАОВ